В детстве мы с папой часто гуляли по старым фруктовым садам. Я уже когда-то про них писал. Но есть ещё одна маленькая вещь, которая почему-то тоже осталась в памяти.
Там, среди садов, валялась какая-то старая машина или часть станка с завода, который был неподалёку. На ней был кнопочный пульт: «вперёд», «назад», «стоп».
Для меня это была настоящая находка.
Каждый раз, когда мы проходили мимо, я просил папу:
— Пап, давай открутим пульт и заберём домой? Я буду с ним играть.
Папа соглашался. Только вот отвёртки у нас с собой почему-то никогда не оказывалось.
— В следующий раз возьмём.
И в следующий раз мы опять приходили без отвёртки.
Не знаю теперь, действительно ли папа всё время её забывал или просто не очень хотел откручивать пульт от чужого станка. Скорее всего, второе. Но мне нравилось верить, что однажды мы обязательно придём подготовленными и я унесу своё сокровище домой.
Прошли десятилетия.
Недавно я гулял уже со своим сыном. И вдруг он спрашивает:
— Пап, а ты принёс с работы карабин? Ты же хотел качели починить.
А я не принёс.
Забыл.
И в этот момент совершенно неожиданно перед глазами возникли те старые сады. Тот ржавый станок. Три кнопки. И папина вечная забытая отвёртка.
Я даже улыбнулся.
Наверное, для взрослых это всё мелочи. Отвёртка, карабин, какой-то детский пульт, сломанные качели.
А ребёнок помнит.
Помнит обещание. Помнит прогулку. Помнит, что папа сказал: «В следующий раз».
И вот теперь я сам папа. Иногда тоже забываю. Иногда обещаю что-то на ходу, а потом в голове уже сотня других дел.
И только спустя столько лет начинаю понимать, что, возможно, папа тоже просто был обычным человеком. Уставал, забывал, думал о своём. А рядом шёл маленький я и был уверен, что вопрос с отвёрткой — едва ли не самое важное дело на свете.
Пап, пульт мы тогда так и не открутили.
А качели я всё-таки починил.
На этот раз обещание выполнил.